lealter: (белая бабочка)

Нас троих выбросило из тумана в центре большой невзрачной комнаты – почти зала – с которой начинались владения капитана и его подчиненных. Лестница вниз вела отсюда на задний двор, с другой стороны которого были построены казармы, лестница, поднимающаяся наверх в личные покои, к Зойиру же вел один из узких, обсаженных кабинетами с одной стороны и окнами с другой коридоров. Обычно здесь было пустынно – обитатели кабинетов редко показывались кому-либо на глаза; сейчас же здесь было шумно и людно. В глазах рябило, но не от мундиров, как можно было бы подумать, а от шелковых камзолов и батиста. Все придворные, неизвестно что забывшие тут, обсуждали что-то друг с другом так бурно, что было сложно разобрать хоть что-либо.

Николас молча раздвинул толпу и прошел к дверям приемной капитана. Те, кто заметил его, сначала умолкали, а затем вновь принимались орать и размахивать руками, на этот раз адресуясь к принцу. Правда, тот был для них слишком быстр: толпа вновь смыкалась за Тассаром (мы гуськом пролезали следом), отрезая Его Высочество от очередного кричащего.

Николас дернул ручку массивной двери, и мы ввалились в кабинет Зоийра. Вместе с нами туда просочилось несколько человек, которые поспешили примкнуть к группе дворян, уже находившихся в кабинете. Я выдернула плащ из рук какого-то ретивого придворного и захлопнула дверь.

– …и извольте объяснить свои действия! – закончил громкую речь один из дворян, господин в бежевом с золотом средних лет, потрясая кулаками. – Вы арестовали мою дочь, как какую-то воровку с площади, даже не подумав, как отразится арест на репутации нашей фамилии!..

– Это оскорбление, – флегматично добавил другой, в черно-сером бархате с бородкой клинышком, и я узнала ал-Камарда, одного из южных графов, – вообще заподозрить, что выходец такой семьи, как наша, может быть замешан в преступлении…

Дама следом за ними истерично всхлипнула, как умела только Эмилия ал-Верне.

– Мы настаиваем! – выкрикнул кто-то сзади. – Вы должны немедленно…

– Ничего я вам не должен, – сказал капитан, продолжая читать листы из большой зеленой папки, лежащей перед ним на массивном столе. Толпа вновь загомонила. Эмилия, всхлипывая, сказала:

– Капитан Зоийр, моя покровительница добра и великодушна, она не могла…

– Выступите на суде в ее защиту, если вас вызовут, госпожа ал-Верне, – сказал капитан. Эмилия возмущенно охнула и осеклась, встретившись со мной взглядом. – А пока что потрудитесь все объяснить, от кого вы узнали об аресте, который произошел едва ли пару часов назад…

Госпожа ал-Верне упрямо скрестила руки на объемистой груди.

– Я дал слово чести, что не разглашу… – провозгласил напыщенно господин в бежевом.

– Тогда катитесь отсюда, да поживей, – сказал Николас грубо и громко, – толку от вас меньше, чем от вазочки. – Все изумленно обернулись, а господин в бежевом побагровел от ярости, смешанной со страхом. – Вы спрашивали, в чем провинилась ваша дочь, Эрнестина ал-Лиассон? Так я вам сейчас расскажу. Она вступила в заговор против короля с целью захвата власти, чему есть все необходимые доказательства, и подлежит суду. До суда она, вероятно, не доживет, так как тот негодяй, который главенствовал над ними, сопротивлялся аресту и забрал все силы у своих учеников, а она была в рядах первых. Вы ведь знаете его, верно? – Он ткнул пальцем в грудь господина в бежевом. – Мэтра Геллорана, который был приятелем вашего отца; это вы познакомили их, и это вы внушили вашей дочери свое самолюбие, гордость и жажду высокого положения. Вы должны быть сейчас в камере вместо нее, а поскольку отправить вас туда я не могу, уйдите хотя бы отсюда.

В кабинете установилась звенящая тишина. Каждый мог убедиться, что дворцовые поломойки хорошо знают свое дело, и мух в кабинете у Зоийра нет.

– А вы, – повернулся Николас к бархатному, – тоже желаете объяснений? Может быть, требуете их, или все же просите?

– Прошу, Ваше Высочество, – спокойно сказал граф, – нижайше прошу.

Николас спокойно смотрел на него несколько секунд и затем сказал:

– Мне очень жаль, граф, но ваш младший брат присутствовал при убийстве драконы. Его группа едва не положила начало войне. Конечно, присутствием его участие не ограничилось. Я покажу это перед кем угодно. Как он объяснил происхождение ожога на его левой руке?

– Я не знаю, – сказал ал-Камард, слегка побледнев.

– Что ж, я выясню это позже, – сказал Николас и повернулся к остальным. – Прошу всех покинуть кабинет, капитан нужен мне для неотложного дела.

Я, капитан и лейтенант Тассар переглянулись. Некоторые из придворных понемногу попятились к двери.

– Ваше высочество… – тихо произнес невысокий мужчина в зеленом дублете, – я могу дать слово, что моя сестра Юлия невиновна.

Николас посмотрел на него внимательно и затем сказал несколько устало:

– Полковник, я высоко ценю ваше слово и буду только рад принести извинения вашей семье, если выяснится, что вы правы.

Просящий наклонил голову и вышел, раздвинув толпу плечами. Придворные же, почувствовав слабину, загомонили с новой надеждой; но на следующую же реплику принц сузил глаза и прошипел:

– А вам я самому припомню все, что простил раньше, если вы немедленно не уберетесь отсюда.

Кабинет очистился очень быстро.

Капитан, все это время продолжавший читать отчеты, перевернул страницу и заметил:

– Редко когда вы настолько выходите из себя, Ваше Высочество.

– Устал, – кратко ответил Николас и уселся на стул для посетителей. Я огляделась. Внутри кабинета, кроме вошедших вместе со мной и капитана обнаружилось еще с десяток гвардейцев, которые сейчас отклеились от стен. Я нашла среди них Орсана и помахала ему. Тот вяло улыбнулся в ответ. Кажется, он совершенно не обрадовался тому, что видит меня.

Принц продолжил:

– Мне не дали провести обыск, и я порядком недоволен. А теперь еще вместо этого приходится разбирать внутридворцовые дрязги!..

– Отчего вы не провели обыск? – спросил Зойир, приподняв брови.

– Чтобы решить вопрос лейтенанта Риэнни, так что давайте приступим к нему сейчас, чтоб эта жертва не была напрасной, – угрюмо ответил Николас, глядя на капитана в упор.

– Я предпочел бы заняться этим сам, Ваше Высочество, – сказал капитан негромко, но упрямо, листая отчеты.

– Исключено, – возразил принц, – потому что вы, Альрик, тоже находитесь под подозрением. Из этого кабинета выйдет один арестованный, зато его вина будет доказана. Хватит ходить кругами.

– Вот как, – сказал капитан и вздохнул. – Ну что ж…

Повинуясь жестам капитана, я сняла плащ и уселась на кушетку для посетителей, скрестив руки. Рядом со мной оказалось несколько гвардейцев. Я поглядела на них и устало подумала, что на побег с сопротивлением надо было решаться раньше.

– Что мы имеем… – произнес Зойир. – Лейтенант Риэнни испросила у меня отпуск с целью отдыха во Флиссе и выехала из Риэски вечером второго дня лебедя. Затем лейтенант исчезла и вновь появилась в Сарто вечером следующего дня, третьего лебедя. Именно столько занимает дорога до Сарто по Северному тракту, – он укоризненно взглянул на меня, и мне вновь стало стыдно. – Я не буду возлагать на лейтенанта вину за выбор направления, хотя мог бы. Но то, насколько быстро лейтенант оказалась в нужном месте, позволяет впервые заподозрить ее в связи с нашим противником. Я проверил и исключил даже внутреннюю утечку; никто в гвардии на тот момент не знал, где держат принца.

– Но… – начала я. Капитан поднял руку в предупреждающем жесте.

– Я дам вам слово потом, лейтенант, – сказал он и продолжил: – Далее, вскоре после прибытия лейтенанта Риэнни в Сарто все улики из башни Геллорана просто перестают существовать, а операция Его Высочества оказывается прерванной. Вполне вероятно, что, будучи в Риэски, лейтенант поняла о готовящейся против мэтра Геллорана операции и поспешила ей помешать.

Я посмотрела на Николаса. Он нахмурился и, казалось, ушел мыслями вглубь себя.

– Более того, – сказал Зойир резко, – целью лейтенанта вполне могло быть покушение на Его Высочество, который спасся от взрыва чудом.

– Не преувеличивайте, Альрик, – поморщился Николас, вынырнув из раздумий. – Какое-такое чудо? Обычное заранее подготовленное отступление, а о сигнализации в то время не знал и я сам.

– Или же покушение оказалось не слишком удачным. Всего этого стало достаточно для того, чтобы найти лейтенанта и направить в Риэски до разбирательства. Когда же лейтенант оказалась в столице и доподлинно узнала, что ей угрожает, она сбежала. В числе прочего мне необходимо знать, как именно лейтенант исчезла из охраняемых казарм, миновав стражу. После ее побега в ее комнате в казарме нашли труп гвардейца. Счев ее вину доказанной, я отдал приказ об аресте.

В комнате стояла тишина. Я смотрела на капитана, ожидая, пока мне дадут обещанное слово. Он же поглядел на меня и закончил:

– Как я понял, лейтенант Риэнни объявилась в непосредственной близости от пещер Геллорана, что служит еще одним косвенным доказательством ее вины.

– Прекрасно, Альрик, – вздохнул Николас. – Теперь давайте выслушаем Карен и попробуем понять, где причины этого, как полагаю я, недоразумения.

Капитан сделал разрешающий жест рукой и откинулся на спинку стула, уставившись на меня.

– Я не понимаю, капитан, – я сделала пару глубоких вдохов, обнаружив, что мой голос звучит жалобно. – Я ведь отправила вам свой отчет, где описала, как я узнала, где держат Его Высочество. Все это можно проверить…

– Я не видел этого в отчете, – сказал капитан, приподняв брови.

– Посмотрите еще раз? – предложила я. Капитан полез в стол, добыл пухлую серую папку, порылся в ней и вынул несколько листов бумаги, скрепленных между собой.

– Вот отчеты из Сарто, – сказал он. – Ваш подшит здесь третьим и четвертым листом…

– Но мой отчет вам занял три страницы, – сказала я, нахмурившись. Мы с капитаном уставились друг на друга.

– Подойдите, – приказал Зойир, и я поднялась, обошла Николаса, подошла к капитану и заглянула в папку. – Это ваш отчет?

– Да, – подтвердила я. – Это мой почерк, и именно те листы. Но здесь нет второго листа, там было написано, как я нашла башню Геллорана.

– Вы предлагаете мне поверить вам на слово, что он был? – сказал капитан с вызовом.

– Сейчас нам приходится верить вам на слово о том, что вы его никогда не видели, Альрик, – мягко заметил Николас. Капитан задумчиво посмотрел на него.

– Куда бы он ни пропал, – встряла я, – я могу дать вам список мест и свидетелей заново…

Зойир кивнул и сказал:

– Если понадобится, мы проверим это. Далее, после вашего неоднозначного выступления в Сарто, к которому мы еще вернемся, лейтенант, вы исчезаете на десять дней неизвестно куда.

– Я поехала к себе домой, – желчно сказала я. – У меня был отпуск…

– И как вы намеревались воспользоваться этим отпуском? – спросил капитан, едко глядя поверх бумаг. Я отвернулась, мучительно покраснев. – Где вас надо было искать, когда возникли вопросы? Почему вы не сообщили, куда направились?

Мне нечем было крыть. Я ничего не сообщила, чтобы не привлекать внимания к моему местонахождению, теперь же это мне выходило боком.

– Перестаньте, Альрик, – сказал Николас нетерпеливо, – уж это точно не заслуживает разбирательств, не то что особого наказания.

Капитан пожал плечами и заметил:

– Может и так. Но лейтенанту придется объяснить мне, каким образом и почему она исчезла из-под казарменного ареста, оставив за собой труп, вместо того, чтобы дождаться моего приезда и разрешить неясности. Вам ясно было дано понять, что арест – предварительная мера…

– Ордер, где упоминается покушение на члена королевской семьи – предварительная мера? – спросила я, не веря своим ушам.

– А это чтоб вы поверили наконец, что дело серьезно! – рявкнул вдруг капитан, резко повернувшись. – Как бы то ни было, – продолжил он уже тише, – если вы были невиновны, вам полагалось быть здесь и ответить на мои вопросы! Но, однако же, вы ознакомились со всем и сбежали! И кровь Гайара вам не стала помехой… Кроме прочего, я очень хочу узнать, лейтенант, каким образом вам удалось покинуть казармы, и я это выясню. Будет лучше, если вы расскажете мне сами.

– Гайара? – спросила я презрительно. – Значит, так звали вашего убийцу?

В кабинете установилась звенящая тишина.

– Что вы имеете в виду? – спросил Зойир в конце концов. Я быстро взглянула на принца: Николас смотрел на капитана, не отрываясь, лоб его был наморщен. Я резко ответила:

– Что ваш шпик напал на меня, когда я спала в своей комнате.

– Так может он это… не убить вас хотел? – грубовато спросил сзади один из сержантов. Раздалось несколько невольных смешков, и обстановка в комнате несколько разрядилась.

– Тогда бы он обнажил не нож, когда влез в окно, – сказала я серьезно, и смешки стихли. Я посмотрела в лицо Зойиру и увидела, что он бледен. – А я ведь узнала его, капитан… Это был один из ваших тайных парней для особых поручений. Теперь-то уж неважно, и можно говорить о нем, как об обычном гвардейце, верно?

– У вас есть доказательства? – спросил Зойир спокойно.

– Увы, в моей комнате свидетелей не было, – сказала я ехидно. – И, думаю, он позаботился, чтобы никто не засек его снаружи.

– Что вы ему поручили, Альрик? – спросил Николас. – Здесь не могло случиться ошибки?

– Конечно, нет, – сказал капитан. – Хорошенькая была бы ошибка!

– И в чем состояло его поручение? – поинтересовался принц.

– Внешнее наблюдение. Я полагал, что после нашей встречи недоразумение прояснится и арест будет снят. Но, чтобы полностью развеять подозрения, я приказал еще несколько дней фиксировать действия лейтенанта, и, кажется, не зря. Лейтенант Риэнни, потрудитесь объяснить, как вы исчезли из охраняемых казарм; мне нужны имена ваших сообщников. Сейчас, если вы хотите, чтобы обвинения были с вас сняты.

Я долго молчала, угрюмо рассматривая стену, после чего сказала:

– Я не могу, капитан. Это было бы бесчестно по отношению к человеку, который помог мне.

– Поэтому за свои действия я отвечу сам, – сказал Орсан за моей спиной. – Это я организовал побег лейтенанта Риэнни и подчистил следы потом.

Я беззвучно выдохнула.

– Что-о? – Зойир вскочил на ноги. – Вы, Огюст?.. За каким демоном вы это сделали? Еще не хватало мне в одночасье лишиться двух лейтенантов!

– Но ведь вы сами поручили мне это.

Я обернулась. У Орсана на лице было очень убедительное растерянное выражение. Плечи его были расправлены; похоже, грядущей бури он совсем не боялся.

Что будет буря, я нисколько не сомневалась.

– Я?!

– Мне было поручено произвести арест лейтенанта Риэнни, после чего, в то время, когда мы будем добираться в столицу, предложить лейтенанту Риэнни сбежать в Айзиин. Я в точности так и поступил, и лейтенант сначала наотрез отказалась, но когда позже она вызвала меня в казармы и согласилась, мне ничего не оставалось, как выполнить свое предложение.

Кто-то из гвардейцев не утерпел и издал звук, напоминающий одновременно хихиканье и чих. Засмеяться никто не посмел: капитан просто побагровел.

– Я дал страже краткое поручение сразу после смены караула и воспользовался этим временем, а затем поймал их за игрой в кости и припугнул, затем простил и, когда выяснилось, что приблизительно в это время из казармы исчез арестованный, они промолчали. – Огюст отчитывался с видом школьника, успешно выполнившего трудное задание.

– Я приказывал вам проверить намерения лейтенанта, а не устраивать реальный побег!!! – взревел капитан и с грохотом шваркнул папку на стол. – Что за цирк вы тут устроили?!..

– Готов понести наказание за неверно понятые инструкции, – вытянувшись по струнке отрапортовал Орсан, щелкнул каблуками и замер, помаргивая как болванчик.

Зойир уже набрал воздуха, чтобы обрушиться на Огюста, когда его прервал смех Николаса. Принц тихо хрюкал в кулак, всем видом показывая, что он старается не мешать допросу. Когда всеобщее внимание переключилось на него, он слегка махнул рукой и прикрылся отчетом.

– Выговор и четыре наряда вне очереди, – сказал капитан, которого, видимо, отрезвил смех принца. – Клоуны, чтоб вам провалиться. Вы хоть представляете себе, какого размера чистку я закатил во всем департаменте?..

– Давайте не будем заострять внимание, Альрик, раз все прояснилось, – сказал принц, отсмеявшись. – Я бы сказал, что ваши методы тоже несовершенны. Вы не возражаете, если мы обсудим их? – Капитан слабо махнул рукой, но Николас не обратил на это внимания. – А чья это была идея приставить Гайара к Карен? Поставить наблюдение за своим же проверенным человеком… предложить фальшивый побег с целью проверки лояльности… это ведь не ваши методы, правда, Альрик? Я много лет знаю вас, и подобное в отношении своих гвардейцев не приходит вам в голову так часто. Кто выбрал Гайара для этой работы? Это вы, капитан, или кто-то из ваших помощников?

– Мои приказы – моя ответственность, – сказал капитан хмуро. – Ничего предосудительного в своих приказах я не вижу.

– Формально, конечно, нет… Вот что, вы не можете отрицать факт чьего-то влияния, потому что кто-то выкрал лист из отчета. Даже я не смогу определить, кто это был, у вас с тех пор тут пробежало полкоролевства. Так?

– Да, – сказал Зойир, – если принять на веру, что он существовал.

– Он существовал, я видел три листа отчета, мы ведь отправляли их вместе. Кто квалифицировал действия лейтенанта Риэнни как вредоносные? Это ведь не вы придумали выписать ордер на арест, а не просто отправить предписание явиться?

Капитан все больше и больше хмурился и вышагивал по кабинету. Николас в конце концов замолчал, ожидая ответа от капитана на свои настойчивые вопросы. Зойир с минуту смотрел в окно – все люди в кабинете терпеливо ожидали его решения, а затем сказал:

– Все это мне не нравится, Ваше Высочество. Вот поэтому я и хотел разобраться со своими подозрениями сам, без чужой помощи, и понять, кто здесь мутит воду – тихо и незаметно. Но нет же, когда дело касается лейтенанта Риэнни, тихо оно пройти не может – потому что ваше отношение предвзято, и другой гвардеец никогда бы не удостоился такого экстренного открытого разбирательства, будь он хоть сто раз лейтенант.

– Пусть так, – согласился Николас мирно. – Я не хочу, чтобы Карен впустую сидела в карцере, ожидая пока вы соберете доказательства. И пятнания ее чести пустыми подозрениями не хочу. Я ей верю. Как бы то ни было, обстоятельств это не меняет.

– Что ж, – сказал капитан мрачно, – а я не хочу, чтобы к некоторым гвардейцам было предвзятое отношение, и чтобы в дела моего департамента вторгались так небрежно.

– Мне нравится слово «нагло», капитан, – подсказал принц, внимательно наблюдая за Зойиром.

– Я не отрицаю, что право такое вы имеете, – вздохнул Зойир, устало поднимая глаза на Николаса. – Давайте тогда пойдем еще дальше: почему бы вам не назвать сейчас Карен ал-Риэнни своей невестой? Ведь тогда все обвинения с лейтенанта Риэнни будут немедленно сняты, а с меня – мои обязанности, дабы я не напоминал своим присутствием всем, что посмел обвинять в измене нашу будущую королеву.

From:
Anonymous( )Anonymous This account has disabled anonymous posting.
OpenID( )OpenID You can comment on this post while signed in with an account from many other sites, once you have confirmed your email address. Sign in using OpenID.
User
Account name:
Password:
If you don't have an account you can create one now.
Subject:
HTML doesn't work in the subject.

Message:

 
Notice: This account is set to log the IP addresses of everyone who comments.
Links will be displayed as unclickable URLs to help prevent spam.

December 2015

S M T W T F S
  123 45
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 26th, 2017 11:05 am
Powered by Dreamwidth Studios